Фонд единения религий и философий

План реализации

Юридические вопросы

Финансирование

Хоз. предприятия

Музей единения религий

Отдел собирательства

Отдел синтеза

Отд. распространения

История музеев

Школа Этики

О школе

Поисковая программа по текстам религий

Версия 2.1

Demo-версия

Приобрести

Вопросы

Единство Религий

Статьи о религии

Единое Учение

Религиозная Этика

Искажение Писаний

Религия и Наука

Научное познание

Библия в свете науки

Религия и Искусство

Поэзия и проза

Фотоэкспозиция

Сотрудничество

Распространителям

Полезные ссылки

Интересные события

Сайт

Обновления сайта

Рейтинг посещаемости

religare@list.ru


Рейтинг@Mail.ru
Rambler's Top100

Даосизм о ЛЮБВИ

Лао Цзы, Дао дэ Цзин (Книга о Дао и Дэ), Глава 10

Если душа и тело будут в единстве, можно ли сохранить его? Если сделать дух мягким, можно ли стать [бесстрастным] подобно новорожденному? Если созерцание станет чистым, возможны ли тогда заблуждения? Можно ли ЛЮБИТЬ народ и управлять страной, не прибегая к мудрости? Возможны ли превращения в природе, если следовать мягкости? Возможно ли осуществление недеяния, если познать все взаимоотношения в природе? Создавать и воспитывать [сущее]; создавая, не обладать [тем, что создано]; приводя в движение, не прилагать к этому усилий; руководя, не считать себя властелином - вот что называется глубочайшим ДЭ.

Лао Цзы, Дао дэ Цзин (Книга о Дао и Дэ), Глава 18

Когда устранили великое дао, появились "человеколюбие" и "справедливость". Когда появилось мудрствование, возникло и великое лицемерие. Когда шесть родственников [Шесть родственников - отец, мать, старший и младший братья, муж, жена.] в раздоре, тогда появляются "сыновняя почтительность" и "отцовская ЛЮБОВЬ". Когда в государстве царит беспорядок, тогда появляются и "верные слуги" [Честные и преданные государственные деятели.].

Лао Цзы, Дао дэ Цзин (Книга о Дао и Дэ), Глава 19

Когда будут устранены мудрствование и ученость, народ будет счастливее во сто крат; когда будут устранены человеколюбие и "справедливость", народ возвратится к сыновней почтительности и отцовской ЛЮБВИ; когда будут уничтожены хитрость и нажива, исчезнут воры и разбойники. Все эти три вещи [происходят] от недостатка знаний. Просто нужно указывать людям, что они должны быть простыми и скромными, уменьшать личные [желания] и освобождаться от страстей.

Лао Цзы, Дао дэ Цзин (Книга о Дао и Дэ), Глава 27

Умеющий шагать не оставляет следов. Умеющий говорить не допускает ошибок. Кто умеет считать, не пользуется инструментом для счета. Кто умеет закрывать двери, не употребляет запор и закрывает их так крепко, что открыть их невозможно. Кто умеет завязывать узлы, не употребляет веревку, [но завязывает так прочно], что развязать невозможно. Поэтому совершенномудрый постоянно умело спасает людей и не покидает их. Он всегда умеет спасать существа, поэтому он не покидает их. Это называется глубокой мудростью. Таким образом, добродетель является учителем недобрых, а недобрые - ее опорой. Если недобрые не ценят своего учителя и добродетель не ЛЮБИТ свою опору, то они, хотя и [считают себя] разумными, погружены в слепоту. Вот что наиболее важно и глубоко.

Лао Цзы, Дао дэ Цзин (Книга о Дао и Дэ), Глава 34

Великое дао растекается повсюду. Оно может находиться и вправо, и влево. Благодаря ему все сущее рождается и не прекращает [своего роста]. Оно совершает подвиги, но славы себе не желает. С ЛЮБОВЬЮ воспитывая все существа, оно не считает себя их властелином. Оно никогда не имеет собственных желаний, поэтому его можно назвать ничтожным. Все сущее возвращается к нему, но оно не рассматривает себя их властелином. Его можно назвать великим. Оно становится великим, потому что никогда не считает себя таковым.

Лао Цзы, Дао дэ Цзин (Книга о Дао и Дэ), Глава 72

Когда народ не боится могущественных, тогда приходит могущество. Не тесните его жилища, не презирайте его жизни. Кто не презирает [народа], тот не будет презрен [народом]. Поэтому совершенномудрый, зная себя, себя не выставляет. Он ЛЮБИТ себя и себя не возвышает. Он отказывается от самолюбия и предпочитает невозвышенное.

Последователи, "Чжуан-цзы", ВНУТРЕННИЙ РАЗДЕЛ, Глава III. ГЛАВНОЕ ВО ВСКАРМЛИВАНИИ ЖИЗНИ

[Цель жизни в Дао, согласно Чжуан-цзы, - это не познание, не творчество, тем более не спасение, а "вскармливание жизни" (ян шан), т. е. именно деятельность, позволяющая реализовать всю полноту жизненных свойств и именно поэтому "превосходящая всякое искусство". Притча о поваре-даосе - классическая иллюстрация сугубо практической, чуждой какого бы то ни было отвлеченного знания даосской мудрости. Впрочем, "практика Дао", признает Чжуан-цзы, делает человека необычным, не похожим на большинство людей, живущих ограниченными понятиями света. Самое же словосочетание "вскармливание жизни" стало традиционным обозначением даосских методов совершенствования.]

Наша жизнь имеет предел, а знанию предела нет. Имея предел, гнаться за беспредельным гибельно. А пытаться употребить в таких обстоятельствах знание - верная гибель.

Делая добро, избегай славы; делая зло, избегай наказания. Идя срединным путем, можно себя уберечь, благополучно прожить свои годы, вскормить родных людей, исчерпать свой земной срок.

Повар Дин разделывал бычьи туши для царя Вэнь-хоя. Взмахнет рукой, навалится плечом, подопрет коленом, притопнет ногой, и вот: вжик! бах! Сверкающий нож словно пляшет в воздухе - то в такт мелодии "Тутовая роща", то в ритме песен Цзиншоу [Здесь упоминаются популярные в древнем Китае музыкальные мелодии.].

- Прекрасно! - воскликнул царь Вэнь-хой. - Сколь высоко твое искусство, повар!

Отложив нож, повар Дин сказал в ответ: "Ваш слуга ЛЮБИТ Путь, а он выше обыкновенного мастерства. Поначалу, когда я занялся разделкой туш, я видел перед собой только туши быков, но минуло три года - и я уже не видел их перед собой! Теперь я не смотрю глазами, а полагаюсь на осязание духа, я перестал воспринимать органами чувств и даю претвориться во мне духовному желанию. Вверяясь Небесному порядку, я веду нож через главные сочленения, непроизвольно проникаю во внутренние пустоты, следуя лишь непреложному, и потому никогда не наталкиваюсь на мышцы или сухожилия, не говоря уже о костях. Хороший повар меняет свой нож раз в год - потому что он режет. Обыкновенный повар меняет свой нож раз в месяц - потому что он рубит. А я пользуюсь своим ножом уже девятнадцать лет, разделал им несколько тысяч туш, а нож все еще выглядит таким, словно он только что сошел с точильного камня. Ведь в сочленениях туши всегда есть промежуток, а лезвие моего ножа не имеет толщины. Когда же не имеющее толщины вводишь в пустоту, ножу всегда найдется предостаточно места, где погулять. Вот почему даже спустя девятнадцать лет мой нож выглядит так, словно он только что сошел с точильного камня. Однако же всякий раз, когда я подхожу к трудному месту, я вижу, где мне придется нелегко, и собираю воедино мое внимание. Я пристально вглядываюсь в это место, двигаюсь медленно и плавно, веду нож старательно, и вдруг туша распадается, словно ком земли рушится на землю. Тогда я поднимаю вверх руку, с довольным видом оглядываюсь по сторонам, а потом вытираю нож и кладу его на место".

- Превосходно! - воскликнул царь Вэнь-хой. - Послушав повара Дина, я понял, как нужно вскармливать жизнь.

Когда Гунвэнь Сюань повстречал Полководца правой руки, он спросил в изумлении: "Что это за человек? Почему одноногий? [Отсечение ступни было в Китае традиционным видом наказания. Образ "Полководца правой руки" вкупе с рассказом о поваре Дине заставляет вспомнить хромоногих мастеровых в других мифологиях мира (ср. образ Гефеста в античных мифах). Возможно, перед нами вариация одной общей темы человеческой культуры: "очеловечивание человека", его выделение из природного мира неизменно сопровождается его увечьем.] Это от Неба или от человека?"

- От Неба, а не от человека. От Неба дается нам то, что отличает нас от других. Человеческий облик для всех одинаков. Вот почему мы знаем, что это идет от Неба, а не от человека.

Фазану, живущему в камышах, нужно пройти десяток шагов, чтобы склюнуть зернышко, и сотню шагов, чтобы выпить глоток воды, но он не хочет жить в клетке, где ему будет вдоволь еды и питья. Одухотворенный человек не соблазнится даже царским чином.

Когда умер Лао Дань, Цинь И пришел в его дом, чтобы выразить соболезнования, трижды громко возопил и вышел вон. Ученик спросил его: "Разве покойный был вашим другом?"

- Да, был, - ответил Цинь И.

- Тогда прилично ли вот так выражать свою скорбь о нем?

- Конечно! Поначалу я думал, что покойный был просто человеком, но теперь знаю, что ошибался. Я пришел выразить соболезнования, и что же? Вокруг старики, плачущие так, словно они скорбят о своих детях, и юноши, рыдающие, точно они потеряли матерей. Сойдясь вместе, они говорят, когда не нужно слов, и плачут, когда не нужно слез. Поистине они отворачиваются от Небесного закона и забывают о том, что им врождено. Древние называли это "бегством от кары Небес". Когда настал срок, учитель пришел. Срок истек - и учитель покорился. Когда живешь, повинуясь велениям времени, печаль и радость не завладевают тобой. Древние называли это "царственным освобождением ".

Сколько бы хвороста ни принести руками человеческими, он все равно прогорит. Но огонь перекидывается дальше, и никто не знает, где ему конец.

Последователи, "Чжуан-цзы", ВНУТРЕННИЙ РАЗДЕЛ, Глава IV. СРЕДИ ЛЮДЕЙ

...Конфуций ответил: "В мире для каждого из нас есть два великих правила: одно из них - судьба, другое - долг. ЛЮБОВЬ детей к родителям - это судьба, ее невозможно вырвать из сердца. Служение подданного правителю - это долг, и, что бы ни случилось с подданным, он не может без государя. Правила, которые невозможно обойти в этом мире, я называю великими. Вот почему в служении родителям извечная вершина сыновней ЛЮБВИ - покойно жить с отцом-матерью. В служении государю вершина преданности - хладнокровно выполнять поручения. А в служении собственному сердцу вершина добродетели - покойно принимать судьбу, не давая волю огорчениям и радостям и зная, что иного пути нет. В нашем служении как сына или подданного есть нечто такое, чего нельзя избежать. Если делать лишь то, что требуют обстоятельства, забывая о себе, то разве станете вы себя убеждать, что вам лучше сохранить свою жизнь, чем умереть? Вот как вы должны поступать...

Последователи, "Чжуан-цзы", ВНУТРЕННИЙ РАЗДЕЛ, Глава VI. ВЫСШИЙ УЧИТЕЛЬ

...То, что настоящие люди ЛЮБИЛи, было едино. И то, что они не ЛЮБИЛи, тоже было едино. В едином они были едины, но и в не-едином они тоже были едины. В едином они были послушниками Неба. В не-едином они были послушниками человека. Тот, в ком ни небесное, ни человеческое не ущемляют друг друга, достоин зваться настоящим человеком.

Смерть и жизнь - это судьба. А то, что они постоянно сменяются, как день и ночь, - это Небесный удел. Там, где люди не в силах изменить что-либо, - там и пребывает естество вещей. Для них собственный отец равен Небу [В оригинале значится: "Для них Небо - это отец". Исправлено в соответствии с предложением китайского комментатора Тао Хуя-пина.], и они ЛЮБЯТ его всей душой. Что же говорить о том, кто возвышается над ними? Каждый из нас полагает, что его господин лучше него самого, и потому готов отдать за него жизнь. Что же говорить о самом подлинном из владык в этом мире?

Когда высыхает пруд, рыбы, оказавшиеся на суше, увлажняют друг друга жабрами и смачивают друг друга слюной. И все-таки лучше им забыть друг о друге в просторах многоводных рек и озер. А восхвалять Яо и хулить Цзе хуже, чем забыть про них обоих и пребывать в Дао...

Последователи, "Чжуан-цзы", ВНЕШНИЙ РАЗДЕЛ, Глава XX. ДЕРЕВО НА ГОРЕ

...Ян-цзы путешествовал по царству Сун и остановился на ночлег в придорожной харчевне. У хозяина харчевни было две наложницы: одна красивая, другая уродливая. С дурнушкой он обращался почтительно, а с красавицей был груб. Когда Ян-цзы спросил о причине такого поведения, малолетний сын хозяина ответил: "Красавица думает о себе, что она красива, а мы не знаем, в чем ее красота. Дурнушка думает о себе, что она уродлива, но мы не знаем, в чем ее уродство".

- Запомните это, ученики, - сказал Ян-цзы. - Если вы будете жить мудро, но не считать себя мудрецами, вас всюду будут ЛЮБИТЬ!

Последователи, "Чжуан-цзы", РАЗДЕЛ "РАЗНОЕ", Глава XXIV. СЮЙ УГУЙ

...- Небо и Земля одинаково вскармливают все живое, - ответил Сюй Угуй. - Поднявшихся высоко нельзя считать лучшими, пребывающих внизу нельзя считать худшими. Вы, государь, - единственный повелитель десяти тысяч колесниц и ради удовольствия своих ушей, глаз, рта и носа заставляете тяжко трудиться народ всего царства. Но дух удовлетвориться этим не может. Дух ЛЮБИТ согласие и ненавидит распущенность. Распущенность - это болезнь духа. Вот я и не могу не сокрушаться о том, что вы, государь, сами навлекаете на себя болезнь.

- Давно уже хотел я повидаться с вами, учитель, - сказал царь. - Желаю ЛЮБИТЬ народ и во имя справедливости положить конец войнам. Возможно ли сие?

- Нет, - ответил Сюй Угуй. - В ЛЮБВИ к людям - начало погибели людей. В желании ради справедливости положить конец войнам - корень войны. Если вы, государь, начнете так действовать, все пропало. Ибо красивые слова - это орудие зла. Вы ратуете за человечность и долг, а на деле сеете ложь. Всякая форма вызовет к жизни другую форму, всякий успех вызовет противодействие, а всякое изменение вызовет противоборство. Не выставляйте, государь, ряды ваших воинов на галереях и башнях, не приводите лучников и всадников к вратам дворцового храма, не замышляйте измены ради приобретения, не надейтесь хитростью одолеть других, не пытайтесь победить людей ни умом, ни оружием. Убивать всех людей подряд, захватывать чужие земли ради собственной корысти и собственной похоти - кому от этого будет хорошо? Где находится истинная победа? Если вы, государь, от этого откажетесь и будете жить по закону Неба и Земли, отринув мысли об убийстве и не утесняя других, то разве понадобится вам, государь, ратовать за прекращение войн?..

Последователи, "Чжуан-цзы", РАЗДЕЛ "РАЗНОЕ", Глава XXV. ЦЗЭЯН

...Мудрый охватывает взором все тонкости мироздания, постигает до конца единство всех вещей и сам не знает, почему это так, ибо такова его природа. Он принимает все превратности судьбы и берет себе в учителя само Небо. Люди же повинуются ему и называют его мудрецом. Печально, что послушание их долго не живет и скоро приходит к концу. Почему так получается? Кто красив от природы - тому спешат поднести зеркало. Если бы ему не сказали, что он красив, он бы и не знал об этом. Узнал бы он или нет, услышал бы он или нет, только он все равно радовался бы жизни до конца своих дней. И люди тоже любовались бы им без пресыщения - такова их природа. Мудрый ЛЮБИТ людей - и люди зовут его мудрецом. Если бы его так не называли, он бы и не узнал, что ЛЮБИТ людей. Узнал бы он про это или нет, а только его ЛЮБОВЬ к людям все равно вовек не прервалась бы, и спокойствие людей при нем тоже не исчезло бы вовек, ведь такова человеческая природа...

Последователи, "Чжуан-цзы", РАЗДЕЛ "РАЗНОЕ", Глава XXXIII. ПОДНЕБЕСНЫЙ МИР

...Мо-цзы учил всеобщей ЛЮБВИ, взаимной выгоде и отказу от противоборства и призывал никогда не давать волю гневу...

Внимание! Чтобы усвоить полный смысл выдержек - обращайтесь к первоисточнику! Выборочный поиск был осуществлен с помощью программы "Коллекция текстов и иллюстраций".

 
Добавить страницу в «Избранное» (Ctrl+D)
Copyright © religare.info